Президент США Дональд Трамп на прошлой неделе выступил с новой инициативой по прекращению войны в Украине, и сейчас предпринимаются попытки договориться о приемлемом для всех мирном плане. Можно ли таким путем добиться устойчивого мира в Украине, а если нет, то как это возможно?
Калев Стоическу, председатель парламентской комиссии по гособороне («ЭЭсти 200»)
Достичь прекращения огня в самом общем плане можно двумя путями.
Во‑первых, ослабляя экономический и военный потенциал России и ее способность вести агрессивную войну до такого уровня, при котором у диктатора Путина останется лишь один вариант — мир. Это принуждение России к миру, до чего президент США пока еще не дошел.
Во‑вторых, капитулировав на условиях России, что для Украины и Европы, а также для многих американцев (включая членов Конгресса США) и стран глобального Запада совершенно неприемлемо.
Третьего варианта нет, потому что Россия не откажется от своих грубых и незаконных требований и не желает прекращать агрессивную войну до тех пор, пока не будет достигнуто согласие с ее условиями.
Государство‑агрессор может пойти лишь на мнимые уступки, выгодные и ему самому, например на прекращение боевых действий, либо выдать за уступки откровенно абсурдные заявления, вроде отказа от полного порабощения и захвата Украины, с которым Россия в любом случае не справится.
Россия точно не откажется от претензий на оккупированные территории (и еще большие), от намерения обессилить обороноспособность Украины и оставить ее без сколько‑нибудь серьезных гарантий безопасности.
Россия уже заявила, что «мирный план европейцев» для Москвы неприемлем, тогда как «мирный план» из 28 кремлевских тезисов — «хорошая основа для переговоров». Это показывает, что предпосылки для согласования приемлемого для всех мирного плана отсутствуют, поскольку Россия по‑прежнему уверена в себе и стремится диктовать условия мирного соглашения.
Скорее всего, и эта мирная инициатива потерпит неудачу, несмотря на конструктивный подход Украины, Европы и США. Необходимо продолжать уничтожать инфраструктуру, поддерживающую агрессивную войну, как в России, так и на оккупированных территориях. Для этого Украина должна получать все больше высокоточного и более мощного вооружения, а также разрешение его применять.
Алар Ланеман, член парламентской комиссии по гособороне (Партия реформ)
Переговорный процесс при посредничестве США мог бы обеспечить достижение мирного соглашения, если бы не целый ряд содержательных противоречий и различие целей сторон. Главное — соглашение любой ценой не является целью. Цель — прочный мир и защита Украины.
В нынешних переговорах может идти речь не об инициативе Дональда Трампа, а о замаскированной инициативе Российской Федерации. Если это не исходная инициатива США, потребуется время, чтобы внести содержательные изменения в проект соглашения, в том числе со стороны самих США. Куда большим препятствием, однако, является различие целей.
США рассматривают процесс как инструмент для быстрого прекращения боевых действий. У Украины целый ряд целей — от немедленной остановки огня до возвращения своих территорий и освобождения пленных, то есть классические темы мирных переговоров. Для России, помимо содержательных вопросов, важно использовать переговоры и в иных целях. Не будем забывать, что РФ до сих пор не смогла достигнуть своих стратегических целей.
РФ пытается использовать мирный процесс как замену военным действиям, стараясь за столом переговоров захватить территории, которые ей до сих пор не удалось занять на поле боя. Особенно это заметно в отношении районов, прочно укрепленных Украиной. Бросается в глаза и стремление РФ уклоняться от заключения мирного соглашения, чтобы сохранить сами переговоры как инструмент влияния на США и ЕС, а также для посева смуты и разногласий.
Ильмар Рааг, председатель правления Партии правых
Термин «мирный план» во многом является эвфемизмом, потому что на самом деле речь идет лишь о выдвижении собственных требований. Россия хочет русифицировать Украину. Украина хочет выжить. США хотят в целом «умыв руки» уйти от проблемы. Европа хочет найти саму себя.
На сегодняшний день ясно, что Украина готова к определенным уступкам, а Россия — нет. Следовательно, ключ к миру твердо находится в руках Москвы. И Европейский союз, и США могут сколько угодно «делать усилия», но без готовности Кремля соглашение не появится. Так же, как Путин верит, что может заставить нас согласиться с его волей только через войну, так и сейчас нет иных средств воздействия на него, кроме давления со стороны Запада.
Позиция Эстонии опирается на два аспекта.
Во‑первых. Речь идет не только о суверенитете Украины: исход конфликта имеет сопутствующие последствия и для безопасности Балтийского региона. Наша цель — сохранить относительный баланс сил. Например, это касается способности Украины оставаться нашим союзником и в послевоенный период, что было бы крайне важным фактором сдерживания России.
Если Украина сохранит суверенитет, то хотя бы 600‑тысячная армия еще долго будет связывать значительную часть вооруженных сил РФ. Сейчас в воздухе витает и требование России об откате НАТО к границам 1997 года, и этот вопрос напрямую связан с исходом войны в Украине.
В конечном итоге весьма вероятно, что в случае капитуляции Украины Европа и Эстония столкнутся с новой волной беженцев.
Во‑вторых, одной из постоянных тем внешней политики Эстонии должна быть судьба людей на оккупированных территориях Украины.
Мы, получившие в результате ялтинской «сделки» 1945 года оккупацию и депортации и потерявшие 70 000 человек как военных беженцев, должны сегодня постоянно напоминать всему миру, что Россия сейчас проводит на оккупированных территориях Украины этническую чистку. Уже появились первые фрагменты информации и о планируемых депортациях.
Любое мирное соглашение, которое «забывает» о судьбе людей на оккупированных территориях, будет чрезвычайно циничным. Какой толк от мира, если на опустевшей земле больше не останется ни одного украинца?
Марти Соосаар, председатель правления «Зеленых Эстонии»
Правда в том, что каждый день приближает нас к завершению этой ужасной войны, а то, какие именно действия приблизили конец, а какие его отодвинули, зависит прежде всего от того, каким будет итог.
Если в итоге Украина вынуждена будет уступить территории, сократить свои вооруженные силы, платить американцам «репарации», значит, все это действительно приблизило конец. Если же мы хотим, чтобы россияне отступили, преступники были наказаны, а Украина была восстановлена за счет тех, кто ее разрушил, то мы, наоборот, сделали несколько шагов назад от мира.
Войну проигрывает тот, кто сдается. Сдается тот, кто теряет надежду. Все подобные «сюсюканья» с агрессором вселяют в него новую надежду: а вдруг эта циничная авантюра все-таки удастся?
Мы должны предпринимать шаги, которые усиливают надежду и веру украинцев в победу и обнуляют надежду агрессора. До россиян должно дойти, что у них иссякает людской ресурс, что «наступление» на фронте идет задом наперед, что экономики нет и не предвидится.
Это понимание должно дойти до 99 процентов россиян. Лидеры нынешнего режима в любом случае этого не осознают, потому что они одновременно борются и за свою жизнь, но для тех, кто придет после них, это должно быть предельно ясно. Только тогда что‑то начнет меняться.
Яак Мадисон, член Европейского парламента (Центристская партия)
Долговременный и справедливый мир, о котором сейчас говорят, в реальности невозможен. Не сейчас. Зато можно достичь мира на определенный период — на условиях, которые позволят украинским бойцам и народу сохранить свое достоинство и государственность, а Европе — максимально укрепить свою обороноспособность.
Факт в том, что Россия не отказалась от своих требований так называемых «гарантий безопасности», которые она предъявила США 15 декабря 2021 года, за два месяца до нападения на Украину.
Например, Москва требовала, чтобы в новых странах НАТО не проводились учения и чтобы, к примеру, Финляндия сейчас вообще не могла быть членом НАТО. Россия ни в чем не отступила от этих имперских амбиций по восстановлению своей сферы влияния.
Это означает, что сегодня мы говорим о мирном договоре, который будет действовать лишь какое‑то время, и Европе нужно всерьез прекратить пустую болтовню, перестать сжигать деньги во имя «зеленой» идеологии и адаптироваться к новой геополитической реальности, в которой Россия при первой возможности воспользуется шансом нарушить любой договор.
