Издание Eesti Ekspress получило от полиции данные, о которых ранее в эстонской прессе не говорилось. Вкупе с журналистстким расследованием они позволяют сделать самые точные к настоящему моменту выводы о том, какие люди совершают преступления сексуального характера в отношении детей.
„Как дела?“ — так в прошлом году начал Вельо , 57-летний женатый мужчина, переписку с девочкой по имени Лийсу .
„Нормально“, — ответила Лийсу.
„Хочешь посмотреть на мой член?“ — сразу перешел к делу Вельо.
„Мне 12. А тебе?“
„17, — соврал Вельо. — Ну так что?“
„Я маленькая“.
„Никто же не узнает“, — уговаривал Вельо. Он начал видеозвонок, который превратился в прямую трансляцию мастурбации.
Мужчин, ведущих себя подобным образом, в Эстонии предостаточно. Однако нам удалось выяснить, что, несмотря на схожие модели поведения, его причины очень разнятся.
Люди, подобные Вельо
В полученных от полиции данных нашелся список дел, по которым в этом году или в конце прошлого года в отношении кого-либо велось расследование в связи с сексуализированным насилием над детьми. Помимо информации о Вельо, в присланной полицией таблице была еще почти сотня строк данных, в которых были указаны профессия преступника, возраст преступника и жертвы, более точный вид преступления и т. д.
Нам удалось самостоятельно выяснить имена многих педофилов и их родной язык. Кроме того, мы ознакомились с деталями ряда уголовных дел как в Таллинне, так и в Тарту. В конце концов мы позвонили самим правонарушителям, чтобы выяснить мотивы и причины их поведения.
Именно благодаря этому мы можем поделиться уникальной информацией, какие именно преступления совершают люди того или иного возраста, отличаются ли каким-либо образом модели поведения эстоноязычных и русскоязычных педофилов, какого они пола и многое другое.
