Буря вокруг армии и евроскепсис в тылу. Обзор событий в Украине
Министр обороны взялся реформировать армию в разгар вражеского наступления. Киев громко стучится в брюссельские двери. Украинский опыт свидетельствует: любить котят и защищать слабых - это нормально даже во время войны.
Даже к утру среды, на третий день после массированной воздушной атаки по Киеву, над городом носился отчетливый запах гари. Хотя уже разъехались по своим отделениям уставшие вусмерть пожарные, а в Facebook госкомпания «Нафтогаз» написала, что поможет деньгами Киево-Печерской Лавре и Киностудии имени Довженко, которые сильно пострадали от обстрела 15 июня. Тот самый «Нафтогаз», предприятия которого только с начала 2026 года 110 раз подвергались российским воздушным атакам.
«Что-то две недели не было налета, точно копят ракеты», - это не военный аналитик говорит, это сказала в воскресенье автору хозяйка овощной лавки на рынке. Как в воду глядела.
Министр пошел на штурм
12 июня 35-летний Михаил Федоров, который возглавил Министерство обороны Украины пять месяцев назад, выложил карты на стол: начинается реформа армии, которая должна дать ответы на все вопросы. И по поводу неясности со сроком службы у мобилизованных и даже у контрактников, и по поводу денежного довольствия.
Потому что, если в 2022 году в территориальные центры комплектования (ТЦК, по-старому - военкоматы) стояли очереди из добровольцев, то сейчас группы оповещения бегают за рекрутами.
Проблемы стали нарастать, когда стало окончательно ясно, что боевые действия точно затягиваются, а потому сроки службы уходят в туманную даль. Проблемы с мобилизацией не давали возможности ни пополнять армию в достаточной мере, ни проводить ротации старослужащих.
Вдобавок, инфляция в Украине составила около 70% за период с февраля 2022 года, а номинальный размер жалованья оставался прежним. И мотивация, конечно, падала.
В украинском обществе всецело поддерживают военных в их желании получать достойную оплату за свою опасную работу. Тем более, что армейское жалованье у многих оказывалось меньше, чем заработки до мобилизации. Для примера, у рядовых и сержантов месяц службы до сих пор оплачивается от эквивалента примерно 400 евро в месяц за службу в глубоком тылу до 3500 евро за почти постоянное пребывание на передовой.
Хотя после мобилизации у многих резко возросли расходы. Кто-то вывез семью на новое место жительства подальше от войны, а то и за границу. А значит, появлялись дополнительные расходы на аренду жилья в новом месте. У многих жены потеряли работу из-за переезда семьи или закрытия бизнесов по причине войны. Учтем также, что многое из необходимого для службы военные покупают на свое жалованье.
Федоров анонсировал очень широкую дифференциацию оплаты - вплоть до перспективы получать примерно 9 000 евро в месяц за службу на передовой и постоянное участие в боях. Но при этом некоторые военные обнаружили, что, даже находясь довольно близко от линии фронта, они могут и потерять в оплате по сравнению с текущим положением.
Реформа впервые с начала полномасштабной войны предусматривает систему ротаций. В целом должен работать принцип: чем опаснее нынешняя служба, тем быстрее получишь право на отдых, причем, на более продолжительный отдых. Якобы, для пехотинцев-штурмовиков достаточно будет прослужить десять месяцев, из которых четыре месяца непосредственно на передовой - и этого хватит для получения полуторагодичного перерыва в службе.
Как это все будет работать на практике, пока что совершенно неочевидно. Зато очевидно, что оставлять все как есть, никаких возможностей не осталось. Но при этом министра Федорова уже сейчас его активно атакуют не только из оппозиции, а даже его друзья по партии «Слуга народа». Его упрекают даже в подготовке собственного политического проекта.
Где-то в другой жизни есть евроинтеграция
15 июня в Люксембурге было объявлено о том, что ЕС открыл первый переговорный кластер с Украиной - «Основы». Как сообщила в тот же день еврокомиссар по вопросам расширения Марта Кос, открытие оставшихся пяти кластеров Еврокомиссия ожидает до конца лета.
Несмотря на оптимизм, которым лучатся украинские топ-чиновники, дорога к полноценному членству в ЕС не будет быстрой. Достаточно вспомнить предложение канцлера Германии Фридриха Мерца о некоем совещательном статусе Украине на долгий переходный период. Также надо помнить о попытках Будапешта получить особый статус для венгерского меньшинства в Закарпатской области Украины. Обострились дискуссии и с Варшавой - на этот раз по поводу исторической памяти, Украинской повстанческой армии и польской Армии Крайовой.
Есть еще и скепсис внутри Украины, и он подогревается тем, что украинцы видят: громоздкость и медлительность европейской бюрократической машины на фоне глобальных угроз, а особенно угрозы со стороны РФ. Украинские политики все активнее давят на украинских переговорщиков, требуя, чтобы те занимали предельно прагматичную позицию, а не рвались в ЕС любой ценой.
И для такой позиции есть предпосылки: после тяжелейших переговоров миссия МВФ 5 июня предварительно одобрила первый пересмотр новой программы EFF, которая стартовала в феврале. В той программе оказались предельно жесткие, откровенно избыточные в условиях войны требования по усилению налогового давления. И вот накануне первого персмотра головной офис МВФ согласился снять на неопределенный срок требование о быстром свертывании в Украине упрощенной системы налогообложения, что действует для микро-бизнеса.
Украинское общество с удивлением обнаружило, что зарубежных партнеров реально убеждать в отказе от каких-то уж совсем чрезмерных в условиях войны требований. Тем более, что самые спорные из требуемых регуляций были введены в ЕС за последние 15-20 лет. То есть значительно позднее, чем закончилась та евроинтеграционная волна 2000-х годов, на которой вступили в Евросоюз ближайшие европейские соседи Украины.
«Европа сегодня спорит о правилах. Украина же уже пятый год вынуждена защищать само право этих правил существовать. В этом и заключается разница опыта», - написал Михаил Гагаркин, известный украинский юрист и житель прифронтового полуторамиллионного Харькова.
За зверей и людей
Украинское общество пытается даже в условиях войны стремиться к нормальности, и уже никто не удивляется скандалам по мелочам на фоне страшных событий. Бурный скандал вокруг сюжета на YouTube популярной украинской телеведущей Маши Ефросининой? Причина: замученные в детстве котята.
На интервью к Маше пришла судья кулинарного шоу «МастерШеф» и шеф-повар Ольга Мартыновская: она имела неосторожность поделиться воспоминаниями детства, как привязывала петарды к хвостам и творила прочие ужасы. Пани Ольга получила сполна всеукраинской славы и хейта, вплоть до требований привлечь к уголовной ответственности. Да, в уголовном кодексе Украины есть статья по поводу издевательств над животными.
Кто-то бы сказал, что такая болезненная реакция означает, что общество в Украине очень травмировано войной. Но моя версия противоположна: украинские общество умело избегает такого травмирования. В стране помимо волонтерского комьюнити в поддержку военных, к примеру, действует очень широкое неформальное движение, которое занимается эвакуацией животных из зоны боевых действий.
Даже бурная реакция людей на новости об обстреле харьковского зоопарка на выходных и о пострадавших там животных - это как раз о нормальности, а не о мизантропии.
«Надорванность» общественного сознания, конечно, имеет место на фоне долгой войны. Время от времени банальные бытовые стычки превращаются в повод для общенационального скандала. Как это случилось с владельцем одесского ресторана турецкой кухни Turkuaz Йилдизом Уґуром. Центр Одессы, Дерибасовская, во дворе дома, где на первом этаже тот самый ресторан, местная жительница высказала свое раздражение шумом и грязью, которые были связаны с ремонтными работами.
Судя по завирусившемуся видео, господин Угур допустил рукоприкладство в отношении этой пожилой женщины. Реакция одесситов была настолько жесткая, что вскоре виновник событий выложил в соцсети видео с извинениями. Но это, похоже, возымело обратный эффект: поднялась волна требований привлечь ресторатора к уголовной ответственности.
Наверное, такой резкой реакции не было бы, не случись несколькими неделями ранее бурных публичных дискуссий вокруг намерений правительства открыть шлюзы для широкого притока мигрантов. Реакция была особенно негативной и болезненной на фоне того, что примерно каждый пятый совершеннолетний украинский мужчина - под ружьем и ежечасно рискует жизнью.