В Турции подошел к концу главный мировой саммит по климату — 31-я конференция сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата. Форум длился две недели, в нем участвовали делегации из почти 200 государств. И завершилось мероприятие провалом: страны так и не смогли договориться о тексте Антальского пакта — ключевого соглашения по итогам саммита, в котором должны были быть зафиксированы общие цели, пишет „Медуза“ со ссылкой на The Guardian.
Черновик документа несколько раз переписывали в поисках компромисса — но даже третья версия не устроила часть делегаций. Против итогового документа в последний момент выступили Евросоюз, Великобритания и некоторые страны развивающегося мира. Возмущение этой группы вызвало прежде всего отсутствие упоминания в тексте цели по отказу от ископаемого топлива.
В свою очередь включение такого пункта в пакт означало риск вето со стороны влиятельных производителей энергоресурсов — прежде всего Саудовской Аравии.
Как отметил на финальном заседании министр окружающей среды Ирландии Дарра ОʼБрайен, озвучивавший общую позицию Евросоюза, предложенное соглашение „не соответствует духу времени“.
Помимо ОʼБрайена, против соглашения публично выступили представители Панамы, Маршалловых островов и Норвегии.
Согласовать Антальский пакт должны были еще в пятницу 20 ноября. Но переговоры затянулись, и в воскресенье 22 ноября после обеда стало окончательно ясно, что документ, разработанный председательствовавшими на саммите делегациями Турции и Австралии, не найдет консенсуса среди участников форума.
В тексте при этом были пункты, с которыми готовы были согласиться все страны. Например, призыв к властям по всему миру электрифицировать свои экономики и минимизировать превышение порога глобального потепления в 1,5°C, установленного Парижским соглашением, а также требование финансовой поддержки бедных слоев населения со стороны богатых государств для адаптации к последствиям климатического кризиса.
Однако формулировка о „переходе от ископаемого топлива“, которого требовали более 130 стран, в пакт так и не попала.
Кроме того, в тексте содержались спорные положения о технологии „улавливания и хранения углерода“ (CCS), которая, по мнению активистов, увековечивает использование ископаемого топлива. Делегация Саудовской Аравии как раз поддержала решение включить CCS в соглашение. Другие страны, включая группу африканских государств, Китай и Пакистан, также не возражали против такого компромисса.
Полного краха COP31, по мнению организаторов, удалось избежать благодаря отдельным соглашениям по узким вопросам, не вызывающим противоречий. Например, о „справедливом переходе“ высокотехнологичных отраслей к низкоуглеродной экономике.
Но главный провал все же случился. Министр экологии Турции Мурат Курум, председательствовавший на саммите, заявил, что организаторы „сделали все возможное“, но в конечном итоге „никому не навязывали этот текст и не выдвигали ультиматум типа „принимайте или отказывайтесь“.
Неправительственные организации, которые тоже участвовали в переговорах в рамках COP31, раскритиковали саммит. Так, директор аналитического центра Power Shift Africa Мохамед Адов 20 ноября заявил: „Председатели хотят сказать нам, что это была отличная конференция. Что ж, я могу с полной уверенностью заявить, что это был худший COP за всю историю“.
Провал COP31 особенно ярок на фоне того, что экстремальные погодные условия во всем мире в 2026 году ухудшились и унесли десятки тысяч жизней. Среди причин — аномальная жара, крупные катастрофы вроде обрушения ледника в Непале, а также засухи и наводнения, усугубленные сверхсильным явлением Эль-Ниньо.
В этом контексте забуксовавшие климатические переговоры шокировали даже опытных участников подобных форумов. Так, бывший президент Ирландии и бывший специальный посланник ООН по вопросам климата Мэри Робинсон констатировала: „Отсутствует ощущение срочности в решении этих проблем. Меня это очень расстраивает“.