Насилие не всегда видно: семейный врач объяснила, на что стоит обратить внимание

Человек, переживший насилие в близких отношениях, не всегда понимает, что его проблемы со здоровьем могут быть связаны с тем, что происходит дома. Иногда это становится заметно только на приеме у семейного врача, куда человек приходит с хронической болью, нарушениями сна или тревожностью. Даже при видимых травмах он может быть не готов назвать свою ситуацию насилием.

В прошлом году к государственным услугам помощи жертвам обратились почти 20 000 раз. По статистике Департамента социального страхования, большую часть обращений составляют проблемы психического здоровья, но за помощью обращаются и из-за физического, сексуального насилия и насилия в близких отношениях. Помимо цифр важно и другое: сколько времени может пройти, прежде чем человек сумеет связать свое самочувствие с насилием и попросить о помощи.

Семейный врач – чаще всего тот медицинский работник, с которым человек видится регулярнее всего, поэтому именно на приеме у него могут впервые проявиться косвенные последствия насилия для здоровья. Так визит, начавшийся с обычной жалобы, может стать и первым местом, где человек сможет безопасно рассказать о своем положении.

По словам семейного врача Елизаветы Калединой из центра семейных врачей Oma Tervis, врачи часто видят именно последствия насилия, а не само насилие. Поэтому визит к врачу может стать местом, где появляется первая возможность заметить происходящее и заговорить о нем. Каледина подчеркивает, что помощь не должна означать давления на человека – она должна помочь ему понять свои возможности и вернуть контроль над собственной жизнью.

Следы насилия в близких отношениях не всегда видны

Признаками насилия становятся не только синяки или другие физические травмы. На него могут указывать и повторные визиты к врачу, хроническая боль, нарушения сна, тревожность и признаки депрессии. Сам человек может не связывать их с тем, что происходит дома.

„Человек может годами ходить к врачу с нарушениями сна, тревожностью или хронической болью и не соотносить их с тем, что происходит дома. Иногда со стороны насилие очевидно, но сам человек еще не пришел к пониманию, что то, что он переживает – это насилие“, – сказала Каледина.

Поэтому при повторяющихся или усиливающихся проблемах со здоровьем бывает важно расспросить человека и о том, чувствует ли он себя в безопасности, и о его отношениях – особенно если к жалобам добавляются страх, контролирующее поведение или отсутствие ощущения защищенности.

На разговор нужно дать время

Даже когда человек начинает воспринимать происходящее как насилие, он может быть не готов сразу заговорить об этом или что-то предпринять. По словам Калединой, важно создать безопасную обстановку, в которой тему можно поднять без давления.

„Если человек не говорит сегодня, это не значит, что возможность упущена. Есть завтра, послезавтра и следующий визит. Важно, чтобы он знал: его готовы выслушать, и он может вернуться к этой теме“, – сказала Каледина.

Первым шагом может стать разговор с тем, кому человек доверяет – например, с семейным врачом или медсестрой, с близким или со специалистом службы помощи жертвам, который выслушает, поможет осмыслить положение и при необходимости подскажет, что можно сделать дальше.

Помощь может начаться до решения обратиться в полицию

Просить помощи может мешать страх за того, кто применяет насилие. Пострадавший может хотеть, чтобы насилие прекратилось, но не хотеть наказания для своего партнера, родителя своих детей или другого близкого человека. Поэтому и обращение в полицию может казаться шагом, к которому он не готов.

Но искать помощь не обязательно начинать с полиции. Государственная служба помощи жертвам предлагает бесплатные и конфиденциальные консультации, и обратиться туда можно еще до подачи заявления в полицию. „Человек не должен бояться просить помощи из-за того, что ему кажется, будто следующий шаг – это автоматически полиция и производство по делу. Сначала ему нужно получить возможность высказаться и понять, какие варианты у него вообще есть. За один разговор не нужно решать всю свою дальнейшую жизнь“, – сказала Каледина.

Да и роль полиции не ограничивается производством по делу. В случаях насилия в близких отношениях оценивается и угроза безопасности человека, а при необходимости налаживается сотрудничество со службой помощи жертвам и другими специалистами.

Хорошая помощь возвращает контроль

В отношениях, где есть насилие, контроль – это часто именно то, чего человек лишен. Ограничены могут быть его общение, передвижение, распоряжение деньгами или возможность самому принимать решения. Поэтому и помощь не должна оборачиваться тем, что кто-то другой начинает решать за него.

В центре подхода, учитывающего пережитую травму – поддержка чувства безопасности и самостоятельности человека и разъяснение ему дальнейших возможностей. Это могут быть помощь жертвам, психологическое консультирование, услуги здравоохранения, поддержка местного самоуправления или обращение в полицию.

„Если насилие отняло у человека контроль, помощь не может состоять в том, что кто-то другой снова начнет решать за него. Мы можем дать информацию и показать возможности, но право решать должно, насколько это возможно, вернуться к самому человеку“, – подчеркнула Каледина.

Тот же принцип действует и в отделении экстренной медицины. Если человек попадает туда с травмами и выясняется, что за ними может стоять насилие, то помимо лечения и документирования травм можно поговорить о его безопасности и о дальнейших возможностях, а при необходимости и с его согласия привлечь других специалистов.

Из насилия можно выйти, его влияние на здоровье может остаться

Конец насилия не всегда означает, что вместе с ним исчезают и последствия.

„Человек может уже давно быть вне насильственной ситуации, и жизнь его могла наладиться, но влияние пережитого на здоровье не обязательно уходит вместе с ней. Хроническая боль может остаться на годы, а симптомы способны вернуться и тогда, когда казалось, что все уже позади“, – сказала Каледина.

Об этом долгосрочном влиянии говорит и потребность в помощи для восстановления: по данным Департамента социального страхования, в 2025 году помощь в сфере психического здоровья, поддерживающую восстановление после травмы, получили 2292 человека. Значит, помощь может понадобиться и спустя месяцы или годы после того, как насилие прекратилось.

Чтобы искать помощь, человеку не нужно самому знать, какая дверь „правильная“ и что делать следующим шагом. Начало может быть куда скромнее: сказать семейному врачу, специалисту службы помощи жертвам или тому, кому доверяешь, что дома не все хорошо. С одного безопасного разговора может начаться путь, на котором человек разберется в своих возможностях и сам решит, как двигаться дальше.

Служба помощи жертвам предлагает бесплатные и конфиденциальные консультации людям, пережившим преступление или насилие, и их близким. Помощь доступна круглосуточно по кризисному телефону помощи жертвам 116 006 и в веб-чате palunabi.ee на эстонском, русском и английском языках. В случае непосредственной опасности следует звонить по номеру экстренной помощи 112.