У Украины еще столько мобилизационного потенциала, что украинские генералы были даже ошеломлены, услышав эту цифру, сказала самая известная демограф Украины, академик Элла Либанова.
В интервью Postimees Либанова рассказала, что провела исследование мобилизационного потенциала Украины. Она отказалась говорить о деталях, но заверила: «Поверьте, людей хватит».
По словам Либановой, генералы не ожидали такого положительного ответа. «Когда я сказала им результат, они были ошеломлены и спросили, правильно ли это, - рассказала Либанова. - Они думали, что ситуация намного хуже».
- Какие демографические данные Украина вообще публикует во время войны? Что не является военной тайной?
- Например, численность населения мы не скрываем. У нас есть эти данные, и мы их публикуем. Мы также публикуем данные об украинцах, выехавших за границу, за исключением тех, кто уехал в Россию и Беларусь, поскольку их число нам неизвестно.
Есть также абсолютные цифры по смертям и рождениям, но мне они не очень нравятся. Я не терплю абсолютные цифры, когда нет возможности их правильно интерпретировать.
- Численность населения сейчас составляет 28,5 миллиона?
- Да, по состоянию на середину года - 28,5 миллиона.
- А, например, коэффициент рождаемости не публикуется?
- Этого коэффициента у нас сейчас нет. Есть только общее количество родившихся детей. Но что это само по себе показывает?
- Без возможности сравнения от этого мало пользы.
- Именно. Раньше можно было сравнивать два года подряд. Сейчас нельзя даже соседние годы нормально сравнить, потому что миграция очень масштабна.
- Число рождений сильно сократилось?
- Сейчас, насколько я помню, родилось около 168 000 детей (это рождения, зарегистрированные в 2025 году, за полгода в Украине родилось 73 000 детей, что на 13 000 меньше, чем за тот же период прошлого года - прим. ред.).
- А сколько рождений было до полномасштабной войны?
- Тогда было около 300 000. Разница, конечно, большая, но эти цифры нельзя было бы напрямую сравнивать даже без войны.
- Объясните, пожалуйста, почему.
- Потому что возрастной состав населения очень сильно влияет на количество рождений. В Украине женщины чаще всего рожают в возрасте 25-29 лет. В Эстонии, насколько я знаю, это делают немного позже.
Если посмотреть на возрастно-половую пирамиду Украины, то можно увидеть там большие пробелы и неровности. Когда в детородный возраст вступает малочисленное поколение, не может родиться столько же детей, сколько у большого поколения. Это демографические волны.
- И именно из этой самой активной возрастной группы рожениц уехало больше всего украинских женщин за границу?
- Да, очень много.
Некоторые женщины хотят ребенка именно потому, что муж на фронте. Логика такова: если с ним что-то случится, то от него останется хотя бы ребенок
- Это возрастная группа с самой большой эмиграцией?
- Если смотреть по пятилетним возрастным группам, то да. Мужья многих из этих женщин на фронте. Честно говоря, я не думаю, что люди в нынешних условиях хотели бы с легким сердцем заводить маленького ребенка. Я говорю не только о войне как об абстрактном явлении, но и о повседневной опасности.
- И все же дети рождаются и сейчас.
- Конечно. Некоторые женщины хотят ребенка именно потому, что муж на фронте. Логика такова: если с ним что-то случится, то от него останется хотя бы ребенок. Такая психология существует, я это знаю. И сами мужчины иногда говорят, что если они погибнут, то хотят, чтобы от них остался ребенок.
- Говорят и о том, что семьи специально хотят третьего ребенка, чтобы мужу не пришлось идти на войну (по законам Украины, мужчину, у которого трое несовершеннолетних детей, мобилизовать не могут - прим. ред.).
- Третьих детей, однако, рождается меньше, чем мы ожидали. Я думала, что их будет больше.
- Какова ваша точка зрения: подходящее ли сейчас время в Украине, чтобы заводить детей?
- Скажу честно, если бы мой сын сейчас захотел завести ребенка, я бы попыталась его отговорить. У меня нет дочери, только сын.
- Но ведь Украине нужны дети.
- Нужны, но не обязательно именно сейчас. Когда бомбят, а у тебя на руках младенец, куда ты с ним побежишь?
- Даже если побежишь, где ты ему зимой молоко подогреешь?
- Ну вот именно. И холодно. Взрослый как-то справится, а младенца нужно мыть каждый день. Прошлой зимой у меня дома во многие дни было всего пять-шесть градусов тепла. О чем тут еще говорить? Моим внукам скоро исполнится девять и двенадцать лет. Они старше и понимают, что происходит. Но в 2022 году, когда младшему было четыре года, было очень тяжело.
- Насколько демографическая ситуация в Украине становится необратимой?
- Еще нет. Основным фактором, влияющим на демографическое развитие Украины, уже около двадцати лет является внешняя миграция. Я смотрела данные по состоянию на 30 июня: в странах Европейского союза под временной защитой проживало 4,4 миллиона украинских военных беженцев. В других странах они тоже есть.
Я верю, что часть этих людей вернется. Я не думаю, что вернутся все. Скорее, я боюсь второй, послевоенной волны эмиграции мужчин, когда мужчинам снова разрешат свободно выезжать.
Если в Украине будет трудно найти работу, а их жены за пять или более лет уже хорошо освоились за границей, то мужчины могут поехать к ним. Об этом, однако, еще рано говорить уверенно. Часть беженцев обязательно вернется.
Также я надеюсь, что мы все же вернем некоторые оккупированные территории вместе с живущими там людьми. И если в послевоенной Украине начнется настоящий экономический подъем, сюда приедут работать и иностранцы, в том числе из Европы.
Я имею в виду не только выходцев из более бедных стран, но и авантюристов в хорошем смысле этого слова, которые захотят испытать себя здесь и получить опыт, который невозможно получить в мирной стране в молодом возрасте.
- Если бы я был моложе и без семьи, я бы и сам приехал!
- Я действительно верю, что такие люди приедут. Из наших беженцев первыми могут вернуться люди с самой высокой квалификацией, потому что они больше всех потеряли в своем профессиональном статусе, уехав за границу.
Возьмем хирурга - за границей он в лучшем случае работает медбратом, в худшем - сиделкой без диплома. Он потерял и статус, и качество своей трудовой жизни. Некоторым немногим удалось добиться признания диплома, но в случае с врачебным дипломом это очень сложно.
Ведь от нас уехали в основном горожанки, женщин из сельской местности было мало. У большой части из них было высшее образование. Среди уехавших женщин старше 25 лет около 70 процентов имеют высшее образование.
Во-первых, они были в основном из городов, где уровень образования и так выше, но, во-вторых, многие уехали именно из Киева и Харькова, двух городов Украины с самым высоким уровнем образования. Поэтому я надеюсь, что именно они вернутся.
- Прежде всего нужно, чтобы вернулись молодые женщины?
- Не обязательно. Нам нужны и сорокалетние, и пятидесятилетние, они еще могут работать.
- Но ведь нужны женщины, которые еще будут рожать детей.
- Конечно, было бы хорошо, если бы молодые вернулись. Но и в сорок лет рожают детей, даже в Украине.
- Я брал в Киеве интервью у многих лидеров мнений. Вы первая, кто так оптимистично говорит, что надеется вернуть хотя бы часть оккупированных территорий. Вы действительно в это верите?
- Да. Это не произойдет завтра или послезавтра. Все территории мы не вернем, но что-то вернем. Честно говоря, я думаю, что отвоевание могло бы начаться с Крыма.
- Если бы украинский генерал спросил вас, как долго мы еще сможем воевать, что бы вы ответили как демограф?
- Вы имеете в виду мобилизационный потенциал?
- Да.
- Меня об этом спрашивали. Поверьте, людей хватит.
- Неужели хватит?
- Генералы этого не ожидали. Я сама рассчитала цифру и не доверяла ее даже своим сотрудникам, потому что понимала ответственность и хотела проверить каждую цифру. Когда я сказала им результат, они были ошеломлены и спросили, правильно ли это. Я показала им весь расчет.
- Они были приятно удивлены?
- Да. Они думали, что ситуация намного хуже.
Советую посмотреть видео парада в честь Дня независимости 24 августа этого года. Там двигались роботы, а не люди. Честно говоря, стало жутко
- Значит, у Украины еще есть довольно большой резерв мужчин для продолжения борьбы?
- Есть. Кроме того, следует учитывать, что мы сейчас не проводим масштабных наступательных операций. У нас очень развита технология беспилотников. Советую посмотреть видео парада в честь Дня независимости 24 августа этого года. Там двигались роботы, а не люди. Честно говоря, стало жутко.
- Когда вы обнародовали численность населения в 28,5 миллиона, из этого можно сделать вывод, что за год Украина потеряла около полумиллиона человек. Куда они делись? Они ведь не погибли на фронте.
- Даже немного больше (чем полмиллиона). Часть уехала за границу, число эмигрантов выросло.
- Эмиграция снова увеличилась?
- Да, но не очень сильно. Одним из факторов было решение разрешить молодым мужчинам покидать страну. Это повлияло на миграцию. Я не была в восторге от этого решения, потому что предвидела последствия. Но политические решения не всегда принимаются на основе экспертных оценок.
(Либанова имела в виду решение президента Владимира Зеленского, принятое в августе прошлого года, разрешить 18-22-летним украинским мужчинам свободно покидать страну, несмотря на военное положение. Ранее запрет на выезд в целом распространялся на всех мужчин в возрасте от 18 до 60 лет. Зеленский обосновал это решение тем, чтобы родители не отправляли сыновей за границу до достижения ими 18-летнего возраста, а также чтобы молодые люди могли получить образование в Украине и как можно дольше оставались в украинском культурном пространстве - прим. ред.).
- Сколько же молодых мужчин уехало?
- Точное число назвать не могу, так как у нас нет такого учета. Я смотрела данные Eurostat, например, изменения в возрастной группе 14-17 лет и в последующих возрастных группах. Там можно сравнивать мужчин и женщин отдельно.
Определенное количество людей мы потеряли, но точное число назвать трудно. Конечно, население сокращается и из-за погибших: они есть и на фронте, и среди гражданского населения.
- Увеличил ли отток населения страх перед наступающей зимой?
- Я не думаю, что сейчас будет новый массовый отток. Те, кто хотел уехать, в основном уже уехали. Для новой волны должен появиться новый фактор.
Например, разрешение на выезд для молодых парней могло повлечь за собой и отъезд матерей - ведь ты не отпустишь ребенка одного. Если сын уезжает, мать может подумать, зачем ей оставаться.
Изменение политики европейских стран в отношении беженцев в более благоприятную сторону также могло бы повлиять на миграцию, но сейчас эта политика в этом направлении не движется.
- Скорее, наоборот.
- Именно. Те, кто уезжает сейчас, получают гораздо меньше поддержки, чем уехавшие в 2022 году. Поэтому я думаю, что почти все желающие уже уехали, и многие также перевезли свои семьи.
- То есть, по-вашему, даже очень суровая зима не вызовет новой большой волны беженцев?
- Не думаю. Я также не думаю, что зима будет хуже предыдущей. Прошлая зима была для Украины исключительной по температуре.
В Киеве может быть 25 градусов мороза, но обычно это длится день или два, после чего температура поднимается, например, до шести-семи градусов мороза. Прошлой зимой очень сильные морозы держались необычно долго.
Есть одна старая народная мудрость о том, как по слоям шелухи местного лука можно предсказать, какой будет зима. С луком, купленным в магазине, этого не сделать, потому что он может быть из Египта или Турции.
Мой водитель был у тещи в деревне и резал для шашлыка лук, взятый с грядки. Я рассказала ему об этой примете, и он сказал, что в этом году у лука почти не было шелухи. Так что я не думаю, что прошлая зима в точности повторится.
К тому же мы лучше подготовлены: в домах есть пауэрбанки, во многих домах - резервные генераторы и другое оборудование.
- Можно ли определить некий предел численности населения, ниже которого Украина уже не сможет содержать экономику, армию и пенсионную систему?
- Пенсионный фонд уже сейчас не в состоянии самостоятельно финансировать пенсионную систему, большая часть пенсий выплачивается из государственного бюджета. Меня это, честно говоря, не особо беспокоит. Какая разница, поступает ли солидарная пенсия из отдельного фонда или напрямую из бюджета?
С экономикой сложнее: все зависит от того, какую экономику мы строим и как быстро искусственный интеллект и роботы изменят рынок труда. Искусственный интеллект уже сейчас вытесняет многие профессии.
Сейчас сложилась ужасная психологическая ситуация: солдаты, вернувшиеся с фронта, говорят, что в тылу страшнее, чем на фронте
Возьмите хотя бы украинскую систему цифровых услуг «Дия» - сколько мелких чиновников, которые раньше оформляли документы, больше не нужны! То же самое скоро может произойти и с бухгалтерами.
Мы еще не знаем, какой будет будущая структура экономики. Одно мы знаем точно: экономику довоенного образца мы не восстановим в точно таком же виде. Гигантские заводы, такие как «Азовсталь», больше не будут восстанавливаться, и машиностроительные заводы тоже будут другими.
В случае с армией все зависит от того, какая роль будет у украинской армии в обороне Европы. Если бы нам предложили приемлемое мирное соглашение, а не то, которое требует Россия, мы бы подписали его уже сегодня. Сейчас сложилась ужасная психологическая ситуация: солдаты, вернувшиеся с фронта, говорят, что в тылу страшнее, чем на фронте.
- Что, по-вашему, они имеют в виду?
- Бомбежки. О прилете баллистической ракеты часто не успевают никого предупредить. Даже если предупреждение приходит, где ты спрячешься? Хорошо, если на нижнем этаже дома есть убежище, но в большинстве случаев его нет. Все это очень страшно. Поэтому мы были бы готовы к приемлемому миру. Но Россия этого не хочет. Проблема не в нас.
У меня такое чувство, что и нынешняя война не будет длиться десятилетиями. В то же время сейчас нет видимых военных или экономических предпосылок для ее скорого окончания. К сожалению, у России денег хватит еще очень надолго.
- Вы составляете прогнозы на случай, если война продлится два или пять лет?
- Конечно. Когда правительство заказывает у нас демографический прогноз, я всегда сначала спрашиваю: скажите, в каком году закончится война. Нам не обязательно нужна точная дата, но нам нужен год, от которого можно отталкиваться в расчетах.
- Предположим, по одному сценарию война закончится в следующем году там, где в тот момент будет проходить линия фронта.
- Да?
- Второй сценарий - война продлится до 2030 года. Насколько велика будет демографическая разница между этими двумя вариантами?
- Думаю, около пяти миллионов человек.
- Эта разница - пять миллионов - возникнет уже к 2040 году?
- Я думаю, даже раньше. В случае мира мы рассчитываем, что часть людей вернется и родится больше детей. Мы не предполагаем, что суммарный коэффициент рождаемости поднимется до 2,5. Но если сейчас он составляет около одного ребенка на женщину, он мог бы подняться до 1,5 или 1,6. Это очень существенная разница.
Кроме того, снизилась бы смертность. Люди перестали бы гибнуть на фронте, и в тылу было бы меньше смертей. Сейчас людей убивают не только бомбами: возросла смертность от сердечно-сосудистых заболеваний, потому что люди живут в постоянном стрессе. Когда война закончится, это влияние тоже уменьшится.
Кроме того, сейчас не все могут получить качественную медицинскую помощь. В Киеве больницы работают, но я очень сомневаюсь, что, например, в Краматорске можно вовремя получить необходимую специализированную медицинскую помощь.
- Можно ли тогда сказать, что каждый год войны означает примерно на миллион человек меньше?
- Очень приблизительно, да.
- Довольно жестоко.
- Да. Думаю, что примерно к 2030, 2032 или 2033 году в Украине может быть около 25 миллионов человек (до полномасштабного вторжения России на подконтрольной правительству Украины территории проживало, по оценкам, 37-38 миллионов человек - прим. ред.).
Если мы построим другую экономику, низкая плотность населения сама по себе не станет катастрофой
Но посмотрите, что будет с плотностью населения. До войны в Украине было около 75 человек на квадратный километр. Во многих европейских странах - более ста, но в Норвегии, насколько я помню, всего 14 или 18. И люди там живут хорошо. Конечно, в Норвегии есть фьорды и леса, но и в Украине много лесов.
Если мы построим другую экономику, низкая плотность населения сама по себе не станет катастрофой (если учитывать подконтрольную Украине на сегодняшний день территорию и проживающих на ней людей, плотность населения составляет 58 человек на квадратный километр. Она упадет примерно до 50, если население сократится до 25 миллионов - Я. П.).
- Что произошло бы, если бы Украина сейчас открыла свои границы для всех, кто хочет покинуть страну? Опустела бы Украина? Что произошло бы в Европе? Кто боится этого больше - Украина или Европа?
- Европа в целом хочет наших мигрантов, наши рабочие руки. Сколько мужчин мобилизационного возраста покинуло бы страну, я не знаю. На этот счет не проводилось ни одного исследования.