У эстонских зерноводов позади один из самых урожайных годов за последнее время. По данным Департамента статистики, общий урожай зерновых в этом году достиг почти 1,55 миллиона тонн, а урожайность пшеницы оказалась самой высокой за последние 14 лет. По словам главы подразделения корпоративных банковских услуг Luminor Марьяна Савченко, после трёх сложных лет хорошие результаты стоит использовать прежде всего для восстановления финансовой подушки безопасности и сокращения наиболее дорогостоящих обязательств, а не рассчитывать на то, что следующий год будет столь же успешным.
Общий урожай зерновых за год вырос почти на 9% – с 1,42 до 1,55 миллиона тонн. Начиная с 2013 года более высокий урожай был получен только в 2019 и 2020 годах. Особенно высокой в этом году оказалась урожайность пшеницы, достигшая 5396 килограммов с гектара, что почти на 16% больше, чем годом ранее.
„Не стоит составлять бюджет на следующий год с излишним оптимизмом, основываясь на результатах одного очень успешного года. Последние три года наглядно показали, насколько быстро могут меняться условия в сельском хозяйстве. Если благодаря нынешним результатам у предприятия появились дополнительные свободные средства, разумно в первую очередь восстановить финансовую подушку безопасности и пересмотреть имеющиеся обязательства“, – сказал Савченко.
Сложные годы отразились и на инвестициях. По статистике Банка Эстонии, лизинговый портфель сельскохозяйственного сектора сократился примерно с 370 миллионов евро в сентябре 2023 года до нынешних 305 миллионов евро. По словам Савченко, это не обязательно свидетельствует об ускоренном погашении кредитов. Скорее, предприятия стали реже приобретать новую технику и дольше эксплуатировать имеющиеся машины.
По мнению Савченко, после урожайного года предприятию стоит критически пересмотреть все свои обязательства и оценить, какие из них обходятся дороже всего. „Сельскохозяйственный предприниматель может очень тщательно согласовывать с банком процентную ставку по кредиту или лизингу, но при этом пользоваться предоставленной поставщиком отсрочкой платежа или другими формами финансирования, стоимость которых может значительно превышать стоимость банковского финансирования. Поэтому важно рассматривать все обязательства в совокупности и в первую очередь сокращать наиболее дорогостоящие финансовые обязательства“, – пояснил Савченко.
По словам главы подразделения финансовых рынков Luminor Керта Коппеля, высокая урожайность в этом году не означает, что риски в сельскохозяйственном секторе исчезли. На расходы сельскохозяйственных предприятий по-прежнему влияют как колебания цен на топливо, так и процентные расходы, зависящие от еврибора.
По словам Коппеля, предлагаемую банком возможность фиксации процентной ставки не следует рассматривать как попытку предсказать дальнейшее изменение еврибора. „Фиксация процентной ставки по кредиту – прежде всего инструмент управления рисками. Предприятие фиксирует ставку не обязательно потому, что ожидает повышения еврибора, а для того, чтобы сделать будущие денежные потоки более предсказуемыми и защитить себя от ситуации, когда процентные расходы растут одновременно с возникновением трудностей в основной деятельности“, – сказал он.
По словам Коппеля, в сельском хозяйстве необходимость снижения таких рисков зачастую выше, чем на предприятиях со стабильным оборотом, поскольку одновременно могут колебаться урожайность, отпускные цены и производственные затраты. Тот же принцип управления рисками действует и в отношении важнейших производственных ресурсов, например дизельного топлива. В этом случае вместо фиксации цены сразу на весь необходимый объём может быть разумнее использовать частичную или поэтапную фиксацию.
„Хороший год не означает, что следует отказаться от инвестиций. Однако он даёт возможность принимать дальнейшие решения с более прочных позиций и оценивать инвестиции с учётом долгосрочной перспективы, не рассчитывая на то, что каждый следующий год будет таким же успешным, как нынешний“, – добавил Савченко.
