Журналист Екатерина Котрикадзе поговорила с журналистом-расследователем Христо Грозевым о том, какие настроения царят в Кремле и будет ли новая волна мобилизации.
Ожидаете ли вы в ближайшее время мобилизации?
Это реально. Мы сейчас ведем расследование о том, как восполняется нехватка людей для военной машины Кремля.
Все больше государственных компаний и структур, связанных с крупными олигархами, получают приказы формировать собственный призывной контингент. Это не слухи — мы реально видели этих людей. Очень интересный анализ, и я говорю вам об этом эксклюзивно, потому что это часть нашего расследования.
Мы сделали анализ по пенсионному фонду больших компаний. Конкретно соотношение нанятых сотрудников после 2022 года рождения и умерших сотрудников того же поколения. Между стандартным уровнем смертности и показателями тех компаний, которые получили приказ формировать своих людей, есть значительный разрыв.
Дело в том, что живых людей можно скрыть в штатном расписании — записать охранниками или под другими должностями. Но смерть не спрячешь: она фиксируется в пенсионном фонде.
Добровольцев становится все меньше. С другой стороны, повышаются зарплаты, чтобы их привлечь. Уровень зарплаты, который сейчас предлагается, он значительно превышает рыночную стоимость участия в войне. Но бесконечно так продолжаться не может.
Поэтому мне кажется, что при нынешнем состоянии экономики без новой волны мобилизации войну продолжить не удастся. Вероятность мобилизации очень высока.
И это вызовет гигантский протест населения. Ощущение, что это как запретить интернет, только хуже.
Важно понимать, что сейчас уже нет того момента, который был даже для антивоенно настроенных россиян, когда они говорили: „Мы были против войны, но раз она началась, давайте поможем закончить её на выгодных условиях“. Этого нарратива у Путина больше нет. Что вообще означают „выигрышные условия“?
Потому что по нынешним темпам войны, даже если забыть о том, что последние три месяца нет никакого реального продвижения, если взять эти полтора года, которые были, чтобы закончить войну реальной „денацификацией“ (так российская пропаганда называет установление российского контроля над Украиной - прим. ред.), потребуется еще 15–20 лет.
Поэтому у человека, который получает мобилизационную повестку, нет возможности оправдать для себя свое участие. Поэтому я согласен, это будет хуже, чем отключение интернета. В отличие от 2022 года.
Поэтому Путин так этого не хочет? Но видно, что еще больше не хочет остановить войну.
Не может.
Потому что боится этих самых мужиков, которые вернутся с фронта и что-то потом устроят.
Он получает от политтехнологов прогнозы, что если закончить войну, будет революция. Поэтому это не его домыслы. Это ему пишут политтехнологи, которые работают на Кремль.
Это вы знаете точно?
Да, уже год.
