Электричество всего на несколько часов в сутки, работники на фронте или в военной промышленности, ослабленный внутренний рынок, затянутые цепочки поставок и постоянная угроза удара российских ракет или дронов — с этим сегодня живет украинский бизнес. Предпринимателям приходится либо приспосабливаться к войне и ее жестким условиям, либо мириться с тем, что их компании закончат банкротством.
Если кратко, вести бизнес в Украине становится все дороже. Из-за войны выросли почти все издержки: от покупки генераторов до топлива для выработки электроэнергии. Клиентов тоже меньше: покупательная способность населения снизилась. Ситуация хуже, чем во время ковида.
«Проблемы есть во всех отраслях экономики. Даже у айтишников, которым иногда нужен только ноутбук и интернет, потому что у нас часто нет электричества, — отмечает директор украинского агентства по развитию предпринимательства и экспорта Алексей Грушецкий. — По сути, в такой ситуации производство встает».
По словам Грушецкого, предпринимателям можно помочь двумя способами. Во-первых, финансово — в надежде, что они продержатся до конца войны и затем начнут поднимать экономику. Во-вторых, перенастраивая компании на экспорт. Этим занимается и Эстония, которая с помощью проектов в сфере развития обучает украинские фирмы работе на внешних рынках.
«Скорее всего, нам придется искать способы повышать цены на продукцию, потому что сейчас логистические возможности ограничены, — говорит Грушецкий. — Поэтому нам нужно переходить на экспорт товаров с высокой добавленной стоимостью. Например, если до войны мы без проблем экспортировали зерно, то теперь нужно думать, как делать из муки хлеб или хотя бы перерабатывать зерно в муку, чтобы вывозить продукт с более высокой стоимостью».
По данным украинской таможни, импорт вдвое превышает экспорт: за 11 месяцев этого года в страну ввезли товаров на 75 миллиардов долларов, а вывезли лишь на 36 миллиардов.
Экспортировать сложно еще и потому, что, по словам украинцев, некоторые европейские страны в этом не заинтересованы, считая риски слишком высокими. Опасаются, что в условиях войны в любой момент что-то может взорваться и это приведет к сбоям в поставках.
По мнению Грушецкого, бизнес-модель нужно максимально гибко подстраивать под военные условия. «Только так можно выжить. Мы работаем со многими компаниями у линии фронта, и они, несмотря ни на что, держатся. Так что многое зависит от образа мышления, — говорит он. — В то же время многим пришлось переносить производство из Восточной Украины на запад или юг страны».
Всё производство пришлось перестроить
Когда стрелки часов приближаются к трем и начинает смеркаться, расположенная в Житомире фабрика носков «Легка Хода» готовится останавливать производственную линию. Работники знают, что скоро отключат электричество, и стараются не допускать резкого обесточивания оборудования, поскольку это чревато техническими проблемами.
Фабрика может выпускать носки с любым рисунком и узором, а также теплое нижнее белье. Основную часть работы выполняют машины, но без женщин средних лет не обойтись: они следят, чтобы носки были аккуратно сложены и упакованы.
Директор фабрики Вита Куницкая говорит, что сейчас вся продукция фабрики идет на внутренний рынок, но предприятие готовится выходить и в Европу, в том числе в Эстонию. Первую партию планируют отправить уже в этом месяце. Для Европы создали новый бренд Cozy Hozy, поскольку название на кириллице вряд ли восприняли бы благосклонно.
«Конечно, мы почувствовали некоторое снижение доходов и прибыли, но наш бизнес все же окупается, — говорит Куницкая. — В начале полномасштабной войны мы получили небольшой толчок в развитии производства на внутренний рынок, потому что границы были закрыты, и продукция ни одной китайской, турецкой или даже польской фирмы в Украину не поступала».
Больше всего крупная фабрика зависит от электричества, точнее — страдает из-за его отсутствия. По словам Куницкой, украинцы, впрочем, довольно быстро привыкают к сложной ситуации. Фабрика купила генераторы и в этом году установила на крыше солнечные панели.
«Сначала у нас возникли проблемы с персоналом, но потом мы изменили графики. Раньше мы работали по восемь часов, теперь — по двенадцать. Конечно, бывают отключения, но мы смогли адаптировать наше оборудование — большую часть заменили на более энергоэффективное», — рассказывает Куницкая.
Мебельный производитель Cubus из пригорода Киева помимо перебоев с электричеством сталкивается с кадровым кризисом и постоянной угрозой воздушных ударов: в их районе российская армия бомбит чаще, чем в других.
Владелец мебельной фабрики Александр Мыдловец объясняет, что, в отличие от носочного производства, где можно нанимать женщин, в мебельной отрасли требуется в основном мужской труд. Восемьдесят процентов работ могли бы делать и женщины, но они не задерживаются: даже если выходят, уходят через неделю-другую. Мужчин же просто нет — они либо на фронте, либо получают более выгодные предложения в других местах. Ситуацию усугубляет то, что у военной промышленности есть приоритетное право брони на работников, и гражданские производства остаются ни с чем.
По словам Мыдловца, он старается платить сотрудникам в среднем по 1000 долларов брутто в месяц, но этого может не хватать. Поэтому теперь он инвестирует в роботов, которых нельзя переманить или отправить на фронт, но которые могут производить мебель. Все станки тоже заменили, а для решения проблемы с электричеством закупили генератор мощностью 150 киловатт, который, правда, потребляет много топлива.
В итоге у Cubus — как и у ряда других украинских производителей — сейчас больше заказов, чем позволяют их мощности. Увольнять никого нельзя, напротив, требуются дополнительные рабочие руки.
Надежда — в будущем
Семейная фирма Максима и Елены Бухор Lion Leather выпускает кожаные сумки, кошельки и ремни — по украинским меркам это товары класса люкс. Например, самый популярный продукт, женская сумка шоколадного цвета, стоит около 100 евро.
Они делают ставку на качество и детали, которые важны как для внутреннего, так и для внешних рынков. Один мастер может изготовить три сумки в день, но в первые два месяца полномасштабной войны производство полностью стояло.
«Потом мы начали работать под военные нужды, делали специальные ремни и тому подобное. Так прошло примерно полгода, затем ситуация в Житомирской области немного стабилизировалась, и мы занялись развитием основного бизнеса», — вспоминает Максим и добавляет, что сейчас около 50 процентов продукции уходит за границу.
Для этого, однако, нужна изобретательность: самолеты из Украины не летают. «Сначала мы должны доставить нашу продукцию в Европу, и уже оттуда она может отправиться дальше. Приходится постоянно придумывать новые способы что-то перевезти, — рассказывает Максим. — Самая большая проблема, конечно, в том, что российский удар может в одно мгновение уничтожить всю проделанную работу, и ты теряешь свои инвестиции».
Производитель оборудования для котельных «Лика-Свит» — пример того, как гражданское производство может стать важным партнером армии. Фирма выпускает теплогенераторы на твердом топливе, которые раньше продавали сельхозпредприятиям или котельным, а теперь больше тысячи таких агрегатов передали на фронт, чтобы солдаты могли греться.
«Сейчас мы должны думать о том, как обеспечить безопасность нашего предприятия, сотрудников и их семей», — говорит совладелец «Лика-Свит» Игорь Ступак. По его словам, в будущем компания хочет выйти на европейский рынок, но пока за пределы Украины уходит лишь пять — семь процентов их изделий. Сейчас главное — помочь своей стране, прежде всего армии, всем, чем возможно.
«Мы живем только ради будущего, — говорит Ступак. — Говорят, что ко всему можно привыкнуть, но это не так. К сожалению, нам приходится с этим жить. Мы не можем сделать все, но кое-чем помочь в состоянии».
Расходы на поездку журналиста по Украине оплатил VisionEst Institute.
