Крупное наступление, которое россияне планировали на вторую половину лета 2025 года, не принесло им желаемого результата. Им удалось занять значительную часть территории Луганской области, однако власти в Кремле ожидали от летнего наступления большего, пишет военный историк Юрий Кочинев.
Стратегия Кремля в войне против Украины сейчас заключается в попытках добиться от Киева согласия отказаться от четырех областей. Для Украины такой ультиматум неприемлем. У России нет возможности достичь своей цели, поскольку задачи, методы и ресурсы друг другу не соответствуют. У Москвы есть планы, но не хватает инструментов для их осуществления. Более того, россияне не способны изменить свои способы достижения целей.
В ближайшем будущем ключевым фактором, наряду с продолжением военной поддержки Украины и западными экономическими санкциями, станет то, какую помощь Кремль получит от Китая, Северной Кореи и Ирана. Часть своего военно-экономического комплекса Россия может перенести в Китай. Уже сейчас определенные виды вооружений производятся совместно с Северной Кореей. Принудить Путина серьезно относиться к мирным переговорам может только успех Украины по возвращению значимых оккупированных территорий. Для этого Киеву необходима еще большая военная помощь со стороны Запада.
План Путина добиться в Украине «окончательной победы» может подтолкнуть его, если закончатся наемники с контрактами по пять миллионов рублей, объявить всеобщую мобилизацию, чего он до сих пор всеми силами избегал. Тогда в России начнут ловить граждан, уклоняющихся от службы, и сажать в тюрьмы, где условия жизни столь же ужасны, как на фронте. Это усилит внутреннюю политическую нестабильность.
Сейчас Путин по-прежнему уверен, что экономика и армия России достаточно сильны, чтобы противостоять новым западным санкциям. Он считает, что страна справится и с экономическими трудностями. Путин утверждает, что западные страны, включая США, на самом деле еще не начали серьезные переговоры о мире между Россией и Украиной. Следовательно, Россия по-прежнему остается «сторонницей переговоров» до тех пор, пока их исход будет удовлетворять Кремль. Путин требует от Запада юридических гарантий отказа НАТО от дальнейшего расширения на восток, а также признания оккупированных украинских территорий частью России. Кроме того, Кремль требует политического и военного нейтралитета Украины. Путин готов обсуждать вопросы безопасности Украины.
К настоящему моменту ясно, что Россия не достигла поставленных для летней кампании целей. У Путина больше нет потребности спешить с захватом новых украинских территорий, поскольку весь планируемый на это лето объем они, вероятно, не смогут взять под контроль даже к концу года. Это может подтолкнуть их попытаться наступать в другом направлении. Позже, если там будет достигнут определенный успех, можно будет заявить, что это и была часть стратегического плана, до сих пор тщательно скрываемая. Такой трюк Кремль уже использовал раньше.
Для России все важнее становится объем военной помощи, получаемой от союзников. Здесь трудно переоценить роль Китая, Северной Кореи и Ирана. Но у всего есть своя цена, и в долгосрочной перспективе зависимость России, прежде всего от Китая, существенно вырастет. Глава МИД Китая уже заявил, что Китай не может допустить поражения России в этой войне. Таким образом, поддержка Китая для России очевидна и неизбежна. Какова же цена этой поддержки — покажет будущее.
В любом случае, реальность сильно отличается от мечтаний Путина о положении дел в войне против Украины и статусе России в мировой политике. В такой ситуации добровольно он войну не прекратит. По завершении войны режим Путина начнет рушиться. Для сохранения своей власти война для Путина жизненно необходима, и именно поэтому он не прекратит боевые действия.
